Солнце висело прямо над головой, застывшее в самой своей яркой точке. Тени под ногами были короткими и чёрными, как лужицы чернил. Пятнадцатилетняя Алиса не помнила, как оказалась здесь. Вокруг цвели невозможные цветы, а в воздухе висел сладкий, приторный запах, от которого слегка кружилась голова.
Она шла по извилистой тропинке и вдруг увидела человека, сидящего за столиком у чайного домика. Это был её дядя Генри, но только не совсем. Он был одет в ярко-синий камзол и смотрел на неё пустым, невидящим взглядом.
— Простите, — робко начала Алиса. — Дядя?
Человек медленно повернул голову. Его глаза были знакомыми и в то же время совершенно чужими.
— Я вас не знаю, — произнёс он ровным, безразличным томом. — Вы здесь чужая. Антипят.
Слово прозвучало странно и холодно. Позже она узнала, что все здесь зовут себя антиподами. Она встречала соседку миссис Эплби, которая торговала кричащими оранжевыми грибами, и лучшую подругу Сару, которая, не моргнув глазом, предлагала ей купить кусочек вечного полдня, запечатанный в стеклянный шар. Никто не узнавал её. Для них она была лишь искажённым отражением, нарушающим гармонию их вечного, неподвижного дня.
Чтобы найти дорогу назад, Алисе пришлось пройти через лес, где деревья пели колыбельные наоборот, и пересечь реку из густого мёда, где плавали чайные ложки. Ей нужно было отгадать загадку у Улыбки без Кота и найти дверь, которая не хотели быть найденной. Каждый шаг был испытанием, а солнце, не двигаясь с места, безжалостно освещало все её ошибки. Она понимала, что вернётся домой только тогда, когда поймёт правила этого места, где время остановилось, а знакомые лица скрывали совершенно незнакомые души.
